Рассказ под дрожащей лампой
Марк сел, положив блокнот на колено. Пружина тихо щёлкнула, когда он раскрыл его посередине. За стеной дождь шуршал по мокрому дереву, а лампочка снова дрогнула, на миг приглушив комнату.
— Сначала разделим факты, — сказал он. — То, что я видел сам, и то, что мне рассказали.
— И не называйте всё «той ночью», — перебила Алиса. — Где вы были до нападения?
Марк поднял глаза.
— Рядом с тобой. На площади. Ты говорила с Редько. Я не слышал всего разговора, но видел, как ты отдала ему камеру. Он вернул её тебе через ремень. Потом ты сказала, что должна кое-что проверить.
— Что именно?
— Не знаю. Это я видел. Остальное мне рассказала Эва.
Алиса сжала пальцы возле камеры.
— Когда вы поняли, что мне грозит опасность?
— Когда увидел Крамера у входа в галерею.
— Нет. Вы уже знали его?
— Знал.
Ответ прозвучал сразу, без привычной задержки. Алиса чуть откинулась, словно сама прямота могла ударить.
— Почему не сказали мне?
— Потому что ты уже собиралась идти к Редько одна. Крамер следил за тобой. Я решил, что смогу вывести тебя с площади, не напугав.
— Решили за меня.
— Да.
Признание повисло между ними. Марк перевернул страницу.
— Эва увидела Крамера раньше меня. Она позвонила, но связь оборвалась. Я пошёл за тобой. Крамер догнал нас у мастерской и бросился к тебе. Я оттолкнул его и случайно задел тебя. Ты упала. После этого ничего не помнила.
— А что было потом?
— Крамер убежал. Эва вызвала помощь. Редько пришёл позже и сказал, что Крамер будет искать тайник. Он считал, что ключ — в твоём воспоминании о разговоре.
— Вы слышали этот разговор?
— Нет.
— Тогда откуда знаете?
— От Редько. И от Эвы. Она была рядом, когда он это объяснял.
Алиса встала. Стул Марка скрипнул, когда он машинально подался вперёд, но тут же остановился.
— Что именно вы помните сами?
Марк медленно закрыл блокнот.
— Твою руку на ремне камеры. Крамера у двери. Твой голос перед тем, как он бросился. Ты сказала: «Если он увидит меня, то…» Дальше я не услышал.
За дверью резко надавили на ручку. Засов протяжно заскрежетал.
Марк поднялся.
— А теперь, — сказала Алиса, не отступая, — расскажите, что было в промежутке. Что вы не услышали, но всё равно превратили в вывод.
Он посмотрел на дверь, затем на неё.
— Я должен сказать это до того, как он войдёт.
Ручка снова дёрнулась. Лампочка погасла, и в темноте Марк произнёс:
— В тот момент я понял не всё. Только то, что ты боишься не Крамера.
Алиса задержала дыхание.
— Тогда кого?
Алиса не видела Марка, но услышала, как он на ощупь отступил от стула. В темноте его дыхание стало единственным звуком, не связанным с дождём.
— Не называйте имя, — сказала она. — Сначала скажите, что вы видели.
— Я не видел лица.
— Тогда куда я смотрела?
За дверью что-то тяжело качнулось. Старый засов мелко задребезжал в гнезде, выдержал — и снова затих. Ладонь Алисы сама нашла ремень камеры.
— На окно, — ответил Марк. — Нет… не прямо на окно. На отражение.
— Чьё?
— Не знаю.
— Марк.
В его имени не было просьбы. Только требование не прятаться за тем, чего он не помнил.
— В стекле отражалась площадь, — продолжил он. — Дождь, вывеска, свет из галереи. Ты увидела кого-то позади себя. После этого перестала смотреть на Крамера.
— Крамер был передо мной?
— Сбоку. Он говорил с тобой, давил, требовал уйти. Но ты следила не за ним. Ты слушала шаги у стены.
Алиса медленно вдохнула.
— Какие шаги?
— Один человек. Тяжёлые, ровные. Он не торопился. Крамер торопился — это я помню точно: его голос, руку у двери, то, как он резко обернулся. А ты смотрела мимо него.
— И вы решили, что я боюсь кого-то другого.
— Я решил так, потому что ты сказала: «Если он увидит меня, то…» Не «если Крамер». Просто «он».
— Это вывод.
— Да.
Ответ прозвучал почти сразу, и именно поэтому Алиса не позволила себе успокоиться.
— А что вы слышали сами?
Марк помолчал. Где-то в стене коротко щёлкнула проводка, но лампочка не зажглась.
— После твоих слов шаги остановились. Не у двери. За окном.
Алиса повернула голову к окну, хотя темнота ничего не меняла.
— Вы видели человека?
— Нет. Только тень на шторе. И твою руку, вцепившуюся в ремень камеры.
— Почему не сказали раньше?
— Потому что у меня не было лица. Ни имени. Только тень и твой страх.
Снаружи ручку дёрнули снова. На этот раз дверь глухо подалась; засов скрежетнул длиннее, а из коридора потянуло влажным запахом дождя.
— И вы решили, что лучше скрыть всё? — спросила Алиса.
— Я решил, что сначала нужно вывести тебя отсюда.
— Опять решили за меня.
— Да.
Она шагнула ближе. Между ними оставалось несколько шагов, но в полной темноте расстояние стало ненадёжным. Марк едва заметно повернулся к ней, словно хотел остановить, но не решился коснуться.
— Кто был за окном?
— Не знаю.
— Вы слышали голос?
Марк не ответил.
Алиса подняла камеру; ремень тихо скользнул по ткани её пальто.
— Марк. Вы слышали его голос?
За дверью засов вздрогнул. В темноте Марк наконец сказал:
— Да. И ты узнала его раньше меня.
— Это был отец, — сказал Марк.
В ту же секунду ручка входной двери медленно повернулась.
Алиса услышала мягкий металлический скрип и резкий вдох Марка. Старый засов натянулся в гнезде, дверь едва заметно дрогнула.
— Вы уверены? — спросила она.
— Нет. Но голос был его.
— А раньше вы говорили, что не знаете.
— Раньше я боялся ошибиться.
— А теперь?
Ручка опустилась ниже. Снаружи кто-то неторопливо проверял запор, словно знал, что старый механизм долго не выдержит.
— Теперь у нас нет времени спорить.
— У нас всегда нет времени, когда вы что-то скрываете.
Марк шагнул к стене. Алиса услышала, как его ладонь прошлась по дереву, зацепила край стола и ударилась о металлическую деталь.
— Что вы делаете?
— Ищу дверь.
— Здесь нет двери.
— Есть. Редько показывал её Эве. Я видел только один раз.
Засов заскрежетал громче. Дверь подалась внутрь, и в комнату проник влажный воздух коридора. Шум дождя смешался с тяжёлым дыханием человека снаружи.
— Марк, — Алиса повысила голос. — Если это снова ваша попытка решить всё за меня…
— Тогда помогите мне.
Он произнёс это без приказа. Впервые — как просьбу.
Пальцы Марка нашли узкую щель в деревянной панели. Послышался короткий щелчок, затем глухое движение внутри стены. Часть обшивки отошла, открыв тёмный проём, откуда потянуло холодом, пылью и старым деревом.
Алиса подошла ближе. Камера глухо ударилась о её пальто.
— Вы пойдёте первым.
— Хорошо.
— И не закрывайте проход за мной.
— Не буду.
Снаружи дверь снова качнулась. Засов протяжно заскрежетал, металл жалобно звякнул в гнезде.
Марк протянул ей руку, но не коснулся.
— Алиса, сейчас.
Она посмотрела туда, где в темноте угадывалось его лицо. Затем сама взяла его за запястье — не для того, чтобы позволить ему вести себя, а чтобы не потерять направление.
Марк шагнул в потайной проход. Алиса последовала за ним. За спиной дверь мастерской начала медленно открываться, и в комнату легла длинная полоса чужого света.
На пороге скрытого прохода Марк замер.
Из-за входной двери донёсся низкий голос:
— Алиса.
Она сжала его запястье.
Марк обернулся к ней, и в этот миг засов окончательно вышел из гнезда.
Марк шагнул в проход первым и, не отпуская руки, повёл Алису вперёд. Узкая темнота сразу сомкнулась вокруг них. Под ногами хрустела пыль, сверху сыпалась мелкая древесная крошка, а из глубины тянуло холодом и сыростью.
За спиной скрипнула дверь мастерской. Чужой голос снова произнёс её имя — теперь ближе.
Алиса сжала запястье Марка.
— Быстрее.
— Здесь неровный пол.
— Я не спрашивала.
Он промолчал. Его ладонь скользила по стене, нащупывая дорогу. Через несколько шагов проход вывел их к низкой двери. Марк толкнул её плечом, и они оказались в другом коридоре.
Он прикрыл дверь и навалился на неё спиной. Несколько мгновений слышались только дождь, их дыхание и капли, падавшие с одежды на пол. В коридоре пахло мокрой шерстью, старым камнем и холодным воздухом с лестницы.
— Это ваша комната? — спросила Алиса.
— Да.
— Вы привели меня к себе, потому что так безопаснее?
— Потому что она ближе всего.
— Удобный ответ.
Марк снял пальто. Холодные капли сорвались с рукавов на пол. Он бросил его на спинку стула, достал блокнот и сел, будто заранее знал, что разговор продолжится именно здесь.
Алиса осталась стоять напротив. Камера висела у неё на плече. Она положила ладонь рядом с ремнём — не защищая его, а удерживая себя на месте.
— Откройте.
Марк раскрыл блокнот.
— Я расскажу, что помню.
— Не то, что вам рассказывали Эва, Крамер или Редько. Только ваше.
— Хорошо.
— И если вы не уверены, говорите: «не знаю». Не превращайте это в удобную стену.
Он провёл большим пальцем по краю страницы.
— В ту ночь я ошибся.
Алиса не села.
— В чём?
— Я решил, что опасность исходит только от Крамера. Поэтому смотрел на него и не заметил человека за окном.
В памяти Алисы дрогнули знакомые детали: мокрый камень, отражение в стекле, чужая ладонь на ремне камеры. Затем — шаги. Голос, который она уже слышала сегодня.
Она подняла взгляд.
— Человека за окном вы видели?
— Тень. Не лицо.
— А голос?
Марк замолчал.
В этот момент за дверью послышался медленный шаг.
Они одновременно повернули головы.
Ручка опустилась.
— Марк, — сказала Алиса тише, — продолжайте. Кто говорил за окном?