Следы на песке

Они прошли на кухню. Анна всё ещё сжимала гербовую бумагу, пальцы побелели на сгибах. Она положила лист на стол, разгладила ладонью, будто пыталась стереть напечатанные строки.

Игорь прислонился к холодильнику, набирая номер адвоката. Трубка молчала. Он сбросил, набрал снова. Короткие гудки.

— Не берёт, — сказал он хрипло.

Тётя Галя поставила чайник на плиту, щёлкнула зажигалкой, конфорка вспыхнула синим. Потом обернулась, вытерла руки о фартук.

— А если позвонить моему? Я ж говорила, есть у меня один знакомый, бывший следователь. Он с Максимом пересекался, знает его почерк.

Анна подняла голову. В глазах — тени и свет за окном.

— Вы думаете, он сможет помочь?

— Не знаю, — честно ответила тётя Галя. — Но сидеть и ждать, пока адвокат соизволит проснуться, — не вариант.

Она вытащила старенький телефон, полистала контакты, нажала вызов.

Игорь тем временем снова набрал адвоката. Сбросил. Ещё раз. Сбросил.

— Может, у него выходной, — буркнул он.

— Выходной? — Анна посмотрела на него, и в голосе её звякнула сталь. — Суд назначил заседание на послезавтра. Ему платят за то, чтобы он брал трубку.

— Я не знаю, что сказать, — Игорь отвёл взгляд.

Тётя Галя заговорила в трубку: — Алло? Петрович? Привет, это Галина из тридцать второй. Слушай, дело есть. Тут один гад… — она покосилась на Анну, — один человек насел на мою гостью. Бывший муж. Деньгами давит, судами. Ты не поможешь разобраться?.. Ну да, старые счёты. Я знаю, что ты его помнишь.

Она замолчала, слушая. Чайник закипел, пар пополз к потолку.

Анна смотрела на бумагу. В словах апелляции была логика — холодная, выверенная, как бритва. Максим не просто так выбрал эту формулировку. Он знал, что делает. Он переиграл их ещё на старте.

Игорь наконец убрал телефон в карман. — Глухо.

Тётя Галя закончила разговор, положила трубку на стол. Лицо её стало сосредоточенным.

— Петрович сказал, помнит твоего Максима. Говорит, тот работает по одной схеме: заваливает бумагами, судами, апелляциями, пока у человека руки не опустятся. Но есть одна зацепка.

Анна подалась вперёд. — Какая?

Тётя Галя помолчала, потом медленно произнесла: — Говорит, если он подал апелляцию на вчерашнее решение, значит, пропустил срок подачи основного иска. Это техническая ошибка. Если зацепиться — можно выиграть время.

Игорь выпрямился. — Техническая ошибка?

— Да. Он либо торопился, либо перестраховался. Петрович сказал, нужно срочно поднимать протокол заседания и смотреть даты.

Анна схватила лист, перечитала шапку. Дата подачи. Дата регистрации. И внутри — знакомый холодный почерк Максима, где каждая буква кричала о его превосходстве.

— Он не ошибся, — тихо сказала она. — Он знал, что делает. Он подал апелляцию с запасом, но с той же формулировкой, что и основной иск. Это… это подстава.

Тётя Галя и Игорь переглянулись.

Чайник остывал. За окном светало, но в кухне всё ещё было холодно.

Анна смотрела на остывающий чайник, и в голове билась одна мысль: Петрович сказал, что есть зацепка. Техническая ошибка. Если это правда, если Максим действительно прокололся — у них появляется шанс.

Она резко встала, половица под ногой скрипнула.

— Дай мне его номер, — сказала она тёте Гале.

Та подняла бровь.

— Кого?

— Петровича. Я позвоню ему сама.

Игорь шагнул вперёд:

— Ань, не надо. Ты не знаешь, кто он такой. Может, это ловушка.

— Какая ловушка? — Анна уже протянула руку к телефону тёти Гали. — Он сказал, что знает Максима. Что у него есть счёты. Если он может помочь, я не буду сидеть сложа руки.

— А если Максим прослушивает? — Игорь схватил её за запястье. — Ты подумала? Он же всё контролирует. Если ты позвонишь незнакомому человеку, он узнает.

Анна замерла. В глазах её мелькнула тень — страх, который она пыталась спрятать за решимостью.

— А что мне остаётся? — тихо спросила она. — Ждать, пока адвокат соизволит ответить? Или пока Максим не придумает новую пакость?

Тётя Галя покачала головой, но протянула телефон:

— Звони. Петрович мужик надёжный. Если пообещает помочь — поможет.

Анна взяла трубку, пальцы дрожали. Она набрала номер, продиктованный тётей Галей, и прижала телефон к уху.

— Алло? — раздался глухой, прокуренный голос.

— Петрович? Это Анна. Я… гостья Галины. Вы только что с ней говорили.

Пауза. На том конце что-то скрипнуло.

— Слушаю, — коротко сказал он.

Анна сглотнула.

— Мне сказали, что у вас есть информация о Максиме. Что вы знаете его почерк. И что в апелляции может быть техническая ошибка.

Она замолчала, чувствуя, как колотится сердце.

— Техническая ошибка, — повторил Петрович, и в голосе его мелькнула усмешка. — Деточка, этот гад десять лет в судах трется. Он таких ошибок не делает.

Анна почувствовала, как пол уходит из-под ног.

— То есть… — выдохнула она.

— То есть, — перебил Петрович, — он намеренно подал апелляцию с той же формулировкой, зная, что ты это заметишь. Он хочет, чтобы ты думала, будто нашла лазейку. А сам готовит новый удар.

Игорь подошёл ближе, напряжённо вслушиваясь в разговор.

— Что мне делать? — спросила Анна, и голос её дрогнул.

Петрович помолчал. Потом сказал медленно, с расстановкой:

— Ничего не делай. Не дёргайся. Жди. Он хочет, чтобы ты ошиблась. Не дай ему этого.

Анна смотрела на солнечный зайчик на половице. Свет плясал, слепил глаза.

— Спасибо, — тихо сказала она и положила трубку.

В кухне повисла тишина. Тётя Галя смотрела на неё вопросительно.

— Он сказал, это ловушка, — проговорила Анна. — Максим знает, что мы ищем ошибку. Он подготовился.

Солнечные зайчики переползли на подоконник, давно остывший чайник стоял забытым, пока Анна водила пальцем по краю кружки, рассматривая трещину в эмали. Игорь стоял у окна, сжимая телефон с разбитым экраном — адвокат всё ещё не перезванивал.

Тётя Галя вытирала руки о фартук, хотя они были сухими.

— Надо было сразу звонить Петровичу, — сказала она, не оборачиваясь. — А не ждать, пока ваш адвокат соизволит проснуться.

Анна подняла голову:

— Он же сказал ждать. Что это ловушка.

— Мало ли что он сказал. — Тётя Галя повернулась, взгляд её был острым. — У тебя есть другой план?

Телефон в руке Анны завибрировал. Номер незнакомый, но она сразу узнала прокуренный голос Петровича.

— Нашёл, — коротко сказал он без приветствия. — Подними старые дела по Максиму. Два года назад. Дело о подделке документов на земельный участок. Он тогда фальсифицировал подпись свидетеля.

Анна замерла.

— Вы уверены?

— У меня копия экспертизы, — голос Петровича был глухим, но твёрдым. — Я всё предоставлю в суде. Но есть проблема.

Игорь шагнул ближе к Анне, вслушиваясь в разговор.

— Заседание завтра в девять утра, — продолжал Петрович. — Если вы не подадите эти бумаги до начала процесса, судья их не примет. А мой курьер… — он вздохнул. — Мой курьер только к вечеру доедет.

— К вечеру? — переспросила Анна. — Но сейчас только одиннадцать. У нас есть время.

— В том-то и дело, — сказал Петрович. — Ехать от меня до вас — три часа. Но чтобы бумаги приняли, их нужно заверить у нотариуса. А мой нотариус — в соседнем городе, и он уезжает через час.

В кухне стало тихо. Игорь выругался сквозь зубы.

Тётя Галя решительно сняла фартук:

— У меня есть знакомая, Люба. Она нотариус, живёт в пятнадцати минутах отсюда. Если Петрович пришлёт скан — она заверит.

Анна посмотрела на Игоря. Он уже набирал номер адвоката, но телефон ответил короткими гудками.

— Он всё ещё не берёт трубку, — сказал Игорь, и в голосе его звучало отчаяние.

Анна сжала телефон Петровича:

— Шлите скан. Мы найдём способ доставить бумаги. Я обещаю.

Петрович хмыкнул:

— Деточка, ты хоть понимаешь, что если они не попадут вовремя — Максим выиграет? Он уже подготовил новое заявление. У него всё схвачено.

— Я понимаю, — ответила Анна, и в голосе её мелькнула твёрдость. — Поэтому мы не проиграем.

Солнечные зайчики уже добрались до середины стола, когда телефон Анны пиликнул — пришёл скан от Петровича. Она развернула файл: старый протокол экспертизы, подписи, печати. Всё выглядело убедительно.

— Есть, — выдохнула Анна. — Тётя Галя, звоните Любе.

Тётя Галя уже тянулась к старенькому телефону, когда Анна ткнула пальцем в экран:

— Стойте. Тут написано «требуется цифровая подпись нотариуса». У Любы есть?

Тётя Галя замерла. Чайник на плите засвистел, но никто не двинулся.

— Цифровая? — переспросила она. — У неё обычная, синяя ручка. Она ветеран, у неё даже компьютера нет.

Игорь выругался сквозь зубы и снова набрал адвоката — короткие гудки.

— Может, распечатать и заверить вручную? — предложил он. — В суде примут?

— Не знаю, — Анна провела рукой по волосам. — Петрович сказал, нужна именно электронная, иначе не зарегистрируют до завтра.

Чайник закипал, пар поднимался к потолку. Тётя Галя повернулась к плите и выключила газ, но не обернулась.

— Есть другой нотариус, — сказала она медленно. — В райцентре. Но это час езды, и он принимает только до обеда.

Игорь посмотрел на часы на стене — стрелки подползали к двенадцати.

— Успеем? — спросил он.

— Если выедем сейчас, — тётя Галя наконец обернулась, — то да. Но бумаги нужно распечатать, а у меня принтер сломан.

Анна открыла рот, чтобы ответить, но телефон Игоря вдруг ожил — короткая вибрация. Он глянул на экран и замер.

— Адвокат, — сказал он. — Смс: «Не звоните. Я у Максима. Он знает про скан. Будьте осторожны».

Тишина в кухне стала плотной, как туман за окном.

Анна смотрела на экран телефона, где застыла смс от адвоката. Пальцы дрожали.

— Он знает про скан, — сказала она тихо. — Значит, Максим уже в курсе.

Игорь чертыхнулся и швырнул телефон на стол. Тот глухо стукнулся о деревянную поверхность.

— И что теперь? Он нас опередил. Пока мы будем ехать в райцентр, он уже перекроет все пути.

Тётя Галя стояла у плиты, не оборачиваясь. Пар над остывшим чайником таял в утреннем свете.

— А если не будем ехать? — спросила она вдруг. — Если сделаем по-другому?

Анна подняла голову.

— Как?

Тётя Галя повернулась. В её глазах мелькнула решимость, которой Анна раньше не замечала.

— У меня есть знакомая в суде. Пенсионерка, но до сих пор работает. Если мы привезём ей бумаги и объясним ситуацию, она может зарегистрировать их вручную, без электронной подписи.

Игорь нахмурился.

— Это законно?

— Не совсем, — тётя Галя пожала плечами. — Но у нас нет выбора. Максим не будет ждать, пока мы найдём нотариуса с компьютером.

Анна посмотрела на Игоря. В его глазах читалось сомнение, но он молчал.

— Сколько ехать до суда? — спросила она.

— Минут сорок, если без пробок, — ответила тётя Галя. — Но нужно успеть до обеда, пока судья не ушла.

Анна встала из-за стола.

— Тогда едем. Прямо сейчас.

Игорь колебался.

— А если это ловушка? Если Максим уже там?

— Тогда мы хотя бы попробуем, — Анна взяла его за руку. — Лучше, чем сидеть и ждать, пока он нас дожмёт.

Тётя Галя уже снимала пальто с вешалки.

— Я позвоню ей по дороге. Если она согласится, у нас есть шанс.

Они вышли на крыльцо. Утро было свежим, туман ещё лежал на траве. Никаких машин у калитки не было.

Игорь завёл старую «Ниву» тёти Гали, мотор чихнул и затарахтел. Анна села рядом, сжимая в руках телефон со сканoм.

— Держись, — сказал Игорь, выруливая на дорогу. — Поехали.

— Тётя Галя, вы уверены, что эта ваша знакомая согласится? — спросила Анна, когда машина выехала за посёлок.

— Она мне жизнью обязана, — коротко ответила тётя Галя, набирая номер. — Я её сына от тюрьмы отмазала лет десять назад. Не подведёт.

Анна сжала телефон в руках. За окном мелькали берёзы и покосившиеся заборы. Она чувствовала, как время утекает сквозь пальцы.

Тётя Галя говорила в трубку, быстро и тихо. Анна не вслушивалась в слова, но по тону поняла — договорённость есть.

— Она ждёт, — сказала тётя Галя, отключившись. — Но у нас час. Потом у неё обед.

Игорь прибавил газу. Старая «Нива» завыла, но послушно набрала скорость.

Дорога петляла между полей, и Анна ловила себя на том, что считает столбы. Пятьдесят третий, пятьдесят четвёртый... На пятьдесят седьмом Игорь резко свернул на грунтовку, и машина подпрыгнула на ухабах.

— Через лес короче, — буркнул он, не оборачиваясь.

Ветки хлестали по стёклам, но «Нива» упрямо ползла вперёд. Анна покосилась на тётю Галю — та сидела с каменным лицом, вцепившись в сумочку с документами.

Когда лес кончился, они вынырнули прямо к серому зданию суда. Часы на приборной панели показывали без пяти двенадцать.

— Успели, — выдохнула Анна.

Она выскочила из машины, не дожидаясь, пока Игорь заглушит мотор. Тётя Галя уже семенила к крыльцу, размахивая папкой.

Внутри пахло старой бумагой и казённым мылом. Анна бежала за тётей Галей по длинному коридору, мимо табличек с номерами кабинетов. Сердце колотилось где-то в горле.

— Сюда, — тётя Галя толкнула дверь с надписью «Канцелярия».

За столом сидела сухонькая женщина в очках. Она подняла голову и улыбнулась, увидев тётю Галю.

— Галочка, ты как раз вовремя. Давай, что там у тебя?

Анна протянула телефон с изображением сканa. Женщина взяла его, приблизила к глазам, покачала головой.

— Ну и почерк у нотариуса... Ладно, разберусь.

Она придвинула стопку бумаг и начала заполнять бланки. Перо скрипело по бумаге.

Анна стояла, затаив дыхание. Каждое движение женщины казалось ей бесконечно долгим. Но вот она поставила последнюю подпись, шлёпнула печать и протянула Анне лист.

— Зарегистрировано. Держите копию. А оригинал... — она подмигнула, — пусть полежит у меня до завтра. Надёжнее будет.

Анна взяла бумагу дрожащими пальцами. На ней стоял входящий номер и дата. Сегодняшняя.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Пока не за что, — усмехнулась женщина. — Если Максим ваш адвокат придёт с утра, я сделаю вид, что ничего не знаю. А вы за это время решайте свои дела.